Главная » Статьи » Педагогика. Психология

А.Адлер. ОБЩИЕ ЗАМЕЧАНИЯ ПО ВОСПИТАНИЮ И ОБУЧЕНИЮ ДЕТЕЙ

ОБЩИЕ ЗАМЕЧАНИЯ ПО ВОСПИТАНИЮ И ОБУЧЕНИЮ ДЕТЕЙ*

      Нет сомнения, что воспитание детей в семье в его нынешнем виде дает обильную почву для развития стремления к власти и тщеславия. Каждый может привести подтверждающий это пример из собственного опыта. Безусловно, семья — это институт, обладающий огромными достоинствами, и трудно представить себе институт, лучше приспособленный для ухода за детьми, чем семейная среда, где они, собственно, и воспитываются. Семья — это институт, оптимальный для сохранения рода человеческого, особенно в том, что касается ухода во время болезни. Если бы родители к тому же были хорошими педагогами, достаточно проницательными и способными распознать дефекты развития своих детей в самом зародыше, и кроме того — если бы они были способны правильно исправлять эти дефекты и направлять развитие своих детей, мы бы с радостью констатировали, что представить себе институт, лучше служащий для воспитания приспособленных к жизни в обществе людей, невозможно.

       Однако, к сожалению, родители, как правило, не бывают ни хорошими психологами, ни хорошими педагогами. В настоящий момент, как нам кажется, в деле воспитания детей господствует патологический семейный эгоизм разной степени выраженности. Этот эгоизм требует, чтобы своих детей особо холили и считали необычайно ценными, даже за счет других детей. Таким образом, подобное домашнее воспитание совершает грубейшую из возможных психологических ошибок, внушая детям ложную идею, что они якобы должны превосходить всех остальных людей.

       Предпосылкой возникновения этого явления служит типичное распределение социальных ролей в семье, основой которого является руководящая роль и превосходство отца. Этот отцовский авторитаризм имеет очень мало общего с чувством человеческой всеобщности и взаимозависимости людей в обществе. С самого начала жизни испытав на себе отцовскую власть, индивидуум сворачивает на путь открытого или тайного сопротивления социальному чувству. Открытые попытки бунта редки. Самая большая опасность авторитарного воспитания состоит в том, что оно дает ребенку идеал власти и демонстрирует ему преимущества, связанные с обладанием властью. С возрастом у ребенка вырабатывается страстное желание доминировать над другими, и он становится тщеславным и властолюбивым. Теперь каждый ребенок старается быть первым, каждый ребенок желает, чтобы его уважали, и рано или поздно он начинает требовать для себя тех же знаков повиновения и подчинения, какие на его глазах оказывались индивидууму, который из всех ему известных располагает наибольшей властью. Неизбежным результатом его ложных ожиданий оказывается агрессивное отношение к своим родителям и остальному миру.

       Ребенку, находящемуся под влиянием преобладающих формирующих факторов своего дома, практически невозможно упустить из виду такую цель, как превосходство над другими. Мы наблюдаем это как у маленьких детей, которым нравится играть в «больших», так и впоследствии у индивидуумов, которым мысли или бессознательные воспоминания о детстве ясно указывают, что они должны вести себя в мире так, будто это их семья. В случае неудачи они пытаются удалиться от мира, который им опротивел.
       Нельзя отрицать, что семья также хорошо приспособлена для воспитания у детей социального чувства. Однако если мы вспомним, какое сильное влияние оказывает на них стремление к власти, а также очевидное присутствие в доме авторитарного лидера, мы поймем, что в этой обстановке социальное чувство может развиться лишь до определенной степени. Первые стремления ребенка к любви и нежности связаны с его взаимоотношениями с матерью. Вероятно, это наиболее важный опыт в жизни ребенка, поскольку, общаясь с матерью, он обнаруживает, что существует еще один абсолютно надежный человек. Он узнает о различии между «я» и «ты». Ницше однажды сказал, что «каждый создает образ своей любимой, основываясь на взаимоотношениях со своей матерью». Иоганн Генрих Песталоцци, швейцарский педагог-реформатор, также показал, что мать — это идеал, который определяет будущее взаимоотношений ребенка с окружающим миром. И действительно, общение с матерью определяет всю последующую деятельность ребенка.

       Следовательно, функция матери состоит в том, чтобы развить у ребенка социальное чувство. Эксцентричные личности, которые встречаются среди детей, возникают на основе общения с матерями, и направление их развития указывает на характер отношений между матерью и ребенком. Всякий раз, когда отношения между матерью и ребенком неудовлетворительны, мы, как правило, обнаруживаем у детей те или иные социальные дефекты. Наиболее распространены два вида ошибок.

       В первом случае мать не выполняет надлежащим образом свою материнскую роль, а ее ребенку не удается сформировать у себя какого-либо социального чувства. Этот дефект очень значителен и влечет за собой много неприятных последствий. Ребенок вырастает иностранцем в незнакомой стране. Если мы хотим помочь такому ребенку, то нам не остается ничего, кроме как сыграть ту роль, которую должна была сыграть его мать и которая по какой-то причине выпала из его развития. Это единственный способ, если можно так выразиться, сделать из него подобное нам человеческое существо.

     Вторая ошибка, вероятно, более распространена. Мать действительно является матерью; однако она играет свою роль настолько преувеличенно и эмфатически, что ребенок не способен развить в себе какого-либо социального чувства, не относящегося к его матери. Эта мать позволяет любви, развившейся у ребенка, быть обращенной только на нее. Можно сказать, что такого ребенка интересует лишь его мать, а остальной мир для него не существует. Не стоит и говорить, что у этого ребенка отсутствует основа для социального развития.

       Кроме взаимоотношений с матерью, есть и много других факторов, играющих важную роль в процессе взросления. Счастливое раннее детство помогает ребенку обрести свое место в мире. Если мы вспомним, против каких трудностей приходится бороться большинству детей и сколь немногим из них удается в первые годы жизни примириться с окружающим миром или найти себе приятное место для жизни, нам станет ясно, какое огромное значение имеют первые впечатления ребенка. Это вехи, указывающие, каким путем он пойдет в мир. Теперь давайте вспомним, что немало людей появляются на свет болезненными детьми и испытывают здесь только боль и страдания. Давайте также вспомним, что детство большинства детей вовсе не рассчитано на то, чтобы сделать их счастливыми. Теперь нам легко понять, почему так мало детей вырастает с хорошим отношением к жизни и обществу и почему так мало мотивируется в жизни подлинным социальным чувством.

      Вдобавок мы должны принять во внимание чрезвычайную важность влияния ошибок, совершаемых в ходе воспитания. Строгое, авторитарное воспитание вполне способно погасить имеющуюся у ребенка естественную радость жизни, точно так же как воспитание, которое убирает с пути ребенка всяческие препятствия и окружает его тепличной атмосферой, так его «акклиматизирует» к жизни, что, став взрослым, он окажется неспособным существовать в условиях более суровых, чем тропический климат его семьи.

     Поэтому мы видим, что в нашем обществе и цивилизации воспитание в семье меньше всего приспособлено к воспитанию проникнутых общественными интересами «граждан мира», которых мы могли бы пожелать. При таком воспитании чересчур велика вероятность появления у ребенка неоправданных амбиций и желания само возвеличиться.

       Какое учреждение способно устранить ошибки, совершенные на раннем этапе развития ребенка, и помочь ему более удачно адаптироваться к миру? Ответ один — школа. Однако при ближайшем рассмотрении оказывается, что школа в ее нынешнем виде также приспособлена к решению этой задачи не лучшим образом. Едва ли и сегодня найдется хоть один учитель, могущий заявить, что он всегда способен распознать трудности в эмоциональном развитии ребенка и исправить их при существующих в современной школе условиях. Учитель совершенно не подготовлен к такой задаче. Его дело — пройти с учениками определенную программу, не осмеливаясь всерьез задуматься о тех человеческих жизнях, с которыми он имеет дело. Тот факт, что в классе всегда слишком много детей, также препятствует ему надлежащим образом выполнить свою задачу.

       Есть ли еще какой-нибудь институт, способный исправить дефекты семейного воспитания? Некоторые могут предположить, что таким институтом является сама жизнь. Однако и возможности жизни не беспредельны. Жизнь не может фундаментальным образом изменить человека, хотя внешне иногда кажется, будто так и произошло, — ей не позволят этого человеческое тщеславие и честолюбие. Сколько бы ошибок ни совершил индивидуум, он либо будет винить в них все остальное человечество, либо полагать, что он уже ничего не может сделать. Мы очень редко видим людей, которые, встретив на пути препятствие или повернув не в ту сторону, остановились поразмыслить, в чем они были не правы.

       Сама по себе жизнь не в силах что-либо кардинально изменить. С психологической точки зрения это понятно, поскольку жизнь имеет дело с готовой продукцией человечества — человеческими существами, которые уже обладают своей сформировавшейся точкой зрения и стремятся к власти над другими. Скорее наоборот, жизнь — наихудший из возможных учителей. У нее нет рассудка, она ни о чем нас не предостерегает, она нас не учит; она просто отвергает нас и позволяет нам погибнуть.

       Нам остается сделать только один вывод: единственным институтом, с помощью которого можно надеяться что-то изменить, является школа. Мы могли бы сделать наши школы способными выполнить эту функцию, если бы они правильно использовались. До самого последнего времени любой человек, получивший контроль над школой, всегда использовал ее для воплощения своих тщеславных и честолюбивых замыслов. Сегодня мы слышим требования восстановить в школах старый режим. Однако удавалось ли при старом режиме добиться каких-либо хороших результатов? Как может оказаться полезным авторитарный подход, всегда считавшийся вредным? Почему авторитаризм в школе должен принести добрые плоды, когда мы видим, что авторитаризм в семье, где теоретически ситуация более благоприятна, приводит только к одному: бунту против него?

       Любой авторитет, который не признан спонтанно, а должен навязываться нам силой, является фальшивкой; истинное уважение и дисциплина исходят изнутри. Слишком многие дети приходят в школу с чувством, что их учитель — не более чем государственный служащий. Невозможно навязать такому ребенку строгий режим без плачевных последствий для его психического развития.

       Даже если учитель знает свои обязанности, с неопровержимой логикой вытекающие из самой жизни, мы не можем заставить ребенка принять эту логику. Единственная возможность двигаться вперед заключена в том, чтобы избегать, насколько это возможно, всякой конфронтации и видеть в ребенке не объект обучения, а субъект; видеть в нем зрелую личность, равную учителю. Тогда ребенку будет труднее счесть, будто на него оказывают давление или его игнорируют, а посему он обязан вступить со своими учителями в битву не на жизнь, а на смерть. Именно из этой агрессивной установки с неизбежностью развиваются ложные амбиции, столь характерные для наших мышления, поступков и склада характера. Авторитет не должен зависеть от силы — он должен всецело основываться на социальном чувстве.

       Школа — это учреждение, через которое в ходе своего психологического развития проходит каждый ребенок. Поэтому оно должно отвечать требованиям здорового психологического роста. Только та школа, которая гармонирует с психологическими потребностями своих учеников, может быть названа действительно хорошей школой, и только такую школу можно будет считать дающей образование для общественной жизни.

        * Приводится по А. Адлер. Понять природу человека. СПб 1997
Категория: Педагогика. Психология | Добавил: Alar (05.10.2016)
Просмотров: 289 | Теги: Альфред, Адлер, воспитание, дети, обучение | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]